С. Х. Акрамова

О ТЕНДЕНЦИЯХ РАЗВИТИЯ ТАДЖИКСКОГО МУЗЫКАЛЬНОГО ИСКУССТВА В 20-ЗО-х  гг.

История музыкальной культуры таджикского народа очень древна, многогранна и имеет богатые традиции. От-радно, что ученые республики не забывают эту сферу ду-ховной культуры нашего народа и успешно исследуют ис-торию музыкального наследия, раскрывают новые страни-цы ее богатой традиции. Необходимо отметить вклад С. Айни, Н Миронова, В. Виноградова, Н. Нурджанова, А. Раджабова, М. Шукурова, М. Назарова и других авторов. В их трудах исследуются и анализируются различные эта-пы, и аспекты истории музыкального искусства таджикс-кого народа. Однако до сих пор отсутствует специальное исследование исторического характера, посвященное тенден-циям развития музыкального искусства Таджикистана в 20-30-х гг., которое рассматривало бы с современных пози-ций ход его развития во взаимосвязи с социально-экономи-ческими и политическими процессами того периода.

В силу исторических причин, музыкальное' искусство тад-жикского народа, накануне установления Советской власти в Таджикистане, находилась в состоянии ограниченных воз-можностей своего развития. Это обстоятельство явно бро-сается в глаза на территории Бухарского эмирата и ее вос-точной части.

Социально - экономическое      положение,      общественный строй,  политическая ситуация,  националистические и шови-нистические тенденции    в Центральной Азии в начале    XX века не давали возможности для    таджикского народа развить свою экономику и культуру.

Установления Советской власти, несмотря  на имеющиеся различные оценки о его историческом последствии для нашего народа, открыла новую и яркую страницу в истории дальнейшего развития его культуры. Согласна,  что были и ошибки, перегибы, упущения. В этом  и задача ученых-историков исследовать эти явления и объяснить, почему так произошло, и дать объективную оценку с учетом , как по-ложительных, так и отрицательных последствий каждого из этапов нашей истории.

Исходя из культурной политики    Советской власти, бы-ли поставлены и четкие задачи  перед деятелями   культуры и искусства.   Такие же задачи оказались и перед музыкальной сферой  молодой    Таджикской  республики.    В  исследуемый период наблюдаются две тенденции, в развитии    таджикско-го    музыкального искусства.    Первая - Советская   .власть стремились использовать богатые    музыкальные    традиции таджиков в деле   распространения   новой победившей идео-логий, воспитания населения   республики в духе революци-онных идей, патриотизма   и интернационализма.   Достаточ-но   вспомнить стихи С. Айни, А. Лахути на темы   русских и европейских революционных мелодий. Или появление тад-жикских мелодий и песен на подобные темы.

В 30-е годы эта тенденция была обогащена процессом знакомства таджикских слушателей с мировой русской классической   и современной музыкой.

Вторая тенденция в развитии таджикского музыкального искусетва в 20-30-е годы, на наш взгляд, заключается в том, что при помощи высококвалифицированных деятелей искус-ства братских пародов началась    нотная запись, сбор и сис-тематизация классического музыкального наследия    <Шаш-маком>  и  богатого музыкального фольклора. В- Успенский, Н. Миронов, Е. Романовская, П. Мирошниченко, С. Баласанян, А. Ленский внесли огромный вклад в это дело.

Конечно и в   этом направлении наблюдалось формальное и поверхностное отношение,    рассчитанное на показ только внешней стороны таджикской    музыки. Так, в '30-х гг.    со-ветскими композиторами, побывавшими в Таджикистане, бы-ли написаны ряд симфоний и сюит на тему таджикских   ме-лодий  (например, сюита Н. Книппера    <Ванч>). Они    носи-лм поверхностный характер и ни как не отражали внутрен-ний    мир таджикской музыки.    Скорей всего были   рассчи-таны на европейского слушателя и показ восточной    музы-кальной экзотики.

Эти две тенденции предопределили основные направле-ние таджикского музыкального искусства в 20-30-е годы. Несмотря на идеологические подоплеки в развитии музыкаль-ного искусства, а порой формальное отношение к нему, в це-лом   оно развивалось очень быстрыми темпами.

Как всем известно, в частности по трудам крупного историка, профессора М. Р. Шукурова, Таджикистан по темпам осуществления культурной революции в жизнь, занимал одно из первых мест в Союзе. Так вот, из всех сфер куль-туры, в свою очередь на первом месте в 20-30-е годы стояло на наш    взгляд именно таджикское музыкальное искусство

Соперничать с его развитием могла лишь таджикская литература.    Так как и  музыка  и    литература  имели древнюю историю и богатые традиции,   они на протяжении веков развивались в непосредственной гармонии.                                                                                                         

В исследуемый период музыкальное искусство получило определенное преимущество. В его развитии непосредственное участие принимали" высококвалифицированные кадры с консерваторским образованием - представители других народов. Композиторы Сергей Баласанян, Александр'' Ленский, хормейстр Евгений Прокофьев, дирижер П. Мирошниченко по праву могут считаться основоположниками таджикского театрального музыкального искусства.

Первая попытка нотной записи музыкальной сокровищ-ницы таджиков - <Шашмаком> - была произведена в 1923 году Виктором Успенским с уст таджикских.. музыкантов и певцов города Бухары Ота-Гиёса и Ота Чалолиддина. Но полномасштабно нотная запись была завершена таджикс-кими деятелями искусства в 50-е гг. Эту работу продела-ли ученики знаменитых школ классической таджикской му-зыки начала XX века Ходжи Абдулазиза и Содирхона Хо-физа - Фазлиддин Шахобов, Бобокул Файзуллаев и Шох-назар Сохибов.

В 20-30-е годы в республике открылись первые музыкаль-ные школы и техникумы, молодые таланты отправлялись на учебу за пределы республики, проводились слеты и фес-тивали художественных самодеятельностей, действовали му-зыкальные студии и комбинаты. Наряду с этим большая ' группа музыкальных деятелей вышла на профессиональную сцену традиционно-индивидуальной формой подготовки. Сре-ди них  Шариф Джураев, Бйбоюнус Худойдодзода и др.

Так как учебные заведения не могли за короткий срок подготовить высококлассных музыкантов и певцов, боль-шая группа деятелей искусства обучалась и повышали свое профессиональное мастерство непосредственно в про-цессе творческой работы, в составе театральных трупп. При помощи русских Мастеров" и музыкальных педагогов, моло-дые таланты обучались нотной грамоте, многоголосному хоровому пению, сценическому мастерству, оркестровому исполнению, а также занимались и общеобразовательными предметами.

Большими трудностями сопровождалось обучение тад-жикских мастеров музыки нотной грамоте. По этому пово-ду    приходилось    принимать    специальные    Постановления Коммунистической партии и Совета, народных комиссаров Таджикистана. Противники обучения нотной грамоте раз-делились на два лагеря. Одни утверждали (в основном, прибывшие аз центральных городов, деятели музыкально-го искусства), что <'...таджики не способны овладеть вы-сотами общечеловеческой культуры, что в Таджикистане есть только   <феодальная классическая музыка>.

Другая группа (куда   входили уже известные таджикские певцы   и музыканты, и _не желавшие утруждать себя Допол-нительным   обучением)   считали,   что для таджикского¹ тра-диционного пения, ноты ни к чему,    вдобавок утверждали, что обучение европейскому    стилю оперного    пения может нанести    неисправимый урок их   мастерству и голосу.   На совещании в ЦК КП (б) Таджикистана   эти взгляды   были оценены, как   шовинистическими и националистическими и резко   осуждены.    В решении было   особо подчеркнуто    о необходимости переложить таджикскую    музыку на    ноты. (Коммунист Таджикистана, 1936, 14 марта).

Большой урон нанесли дальнейшему развитию не толь-ко музыкального искусства, а в целом культуре таджикс-кого народа, необоснованные репрессии 1936--1937 гг- Боль-шая   группа певцов и музыкантов   были арестованы.   В их числе X. Фозилов, X. Хакимов,   Н. Ахмадов,   Т. Давлатов, Б. Иачмиддинов, 3. Бурханов и др.'  В общей сложности, бы-ло арестовано 16 актеров и музыкантов театра им. А. Лаху-   ти.   Первая   музыкальная драма на таджикской сцене <Во-се> на музыку Сергея Баласаняна была снята с репертуара театра   из-за    ареста автора - драматурга Гани Абдулло. Появились ряд публикаций, осуждавшие    творчество    арес-тованных музыкантов и певцов., как религиозное и феодаль-ное. Эти осуждения и    аресты были беспочвенные и почти все они,    в середине 50-х годов, были реабилитированы,    а урон нанесенный искусству, оказался невосполнимым.

В исследуемый период в республике    еще не было под-готовлено    профессиональных образованных    национальных композиторов.   Поэтому появление первых   таджикских опер (<Восстание Восе>,  <Кузнец Кова> и балет <Ду гул>), свя-зано   с именами   выдающихся советских композиторов Сер-геем    Баласаняном и Александром Ленским. Но на    твор-ческой сцене появилась первая плеяда таджикских мелодистов   среди них   А. Камолов, Ф. Солнев, 3  Шахидй, Ш, Со-хибов, Б. Файзуллоев, А. Хамдамов,   в последствии,   кото-рые поднялись на более   высокий уровень композиторского мастерства.          

Музыкальную основу первых таджикских опер и балета составил богатый музыкальный фольклор таджикского народа. Таджикские музыкальные традиции и народные мелодии послужили бесценной сокровищницей, для даль-нейшего развития композиторской деятельности Сергея Баласаняна. Именно поэтому-первая таджикская опера бы-ла тепло принята, таджикскими слушателями и имела счаст-ливую и многолетнюю судьбу на сцене таджикского театра.

При написании- второй оперы композитор более широко использовал композиторскую обработку таджикской мело-дии и смело ввел европейские оперные стили и методы.

Следует отметить, что в связи с вышеизложенным, тад-жикская профессиональная музыка оказалась выше - сво-им уровнем развития, по отношению к музыкальной куль-
туре коренного населения республики.                                   

Таджикское музыкальное искусство получило высокую оценку во время первой Декады литературы и искусства Таджикистана в городе Москве в апреле 1941 года. Мно-гие музыкальные деятели были награждены правительствен-ными наградами и удостоены Почетными званиями (С. Ба-ланянян, А. Ленский, Шариф Джураев, Т. Фозилова, Анвср Муллокандов, Рано Галибова, Б. Тураев, X. Таиров и др.).

В этой связи, следует отметить, что без дальнейшего восстановления творческих связей с деятелями культуры и искусства братских народов музыкальное искусство может опять оказаться в ограничении   и самоизоляции.